Фактор Страха: Всему свое время Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Ситников Олег   
Monday, 01 September 2008

Из Metallist №3

 

 Фактор Страха

 

 

В музыкальном мире зачастую происходит так, что по-настоящему интересные и самобытные коллективы не выходят на тот же масштаб массовой популярности, что их менее талантливые коллеги, хотя вроде бы все предпосылки имеются. То ли меняется конъюнктура, то ли расположение звёзд на небе, то ли просто приходит другое время. Когда я слушаю одну из старейших московских thrash-команд ТРИЗНА, мне невольно вспоминаются их заокеанские коллеги SAVATAGE. При всей стилистической разнице обе группы объединяют полное отсутствие какой бы то ни было шаблонности в творчестве, предельно интересный музыкальный материал и талант участников. Объединяет их и то, что практически в одно и тоже время музыканты обоих коллективов решили сконцентрироваться на проектах, в которых акцент смещён в сторону музыки, понятной более широкой аудитории, сохранив при этом все отличительные черты «материнских» коллективов, уже достигших культового статуса. У SAVATAGE это TRANS-SIBERIAN ORCHESTRA, а у ТРИЗНЫ – ФАКТОР СТРАХА, выпустивший недавно вторую часть концептуального альбома «Театр Военных Действий». О музыке, о времени и о себе рассказывает лидер группы Константин Селезнёв.

 

METALLIST: Константин, расскажите об истории создания проекта. С первых же секунд становится понятно, что это идущий в ногу со временем, обладающий мощной энергетической подачей материал. Было ли это стратегически выверенным решением или просто захотелось освоить новые творческие территории?
КОНСТАНТИН СЕЛЕЗНЁВ: По поводу создания проекта ФАКТОР СТРАХА можно сказать, что он появился не внезапно, но и не долго думая. Тризновское ощущение музыки, жизни и угара на момент появления идеи проекта очень резко отличалось от того, что слушают, чем живут и как угарают наши потенциальные слушатели. Захотелось чего-то нового, неизученного, несыгранного, что, впрочем, очень сложно для команды с 20-летним стажем игры в музыку. Если обратить внимание на «Акт 2», то там существуют такие треки, как «Стандарт криволинейных лиц» и кавер на BEATLES. Эти песни уже были готовы для очередного альбома ТРИЗНЫ (да они и отличаются от другого материала своим откровенным оптимизмом). И в этот самый момент на общем собрании участников концессии (К. Немоляев, К. Селезнёв, С. Вознесенский, И. Александров, Д. Скопин) было принято соглашение о создании отдельного от ТРИЗНЫ проекта. В течение двух месяцев я с упоением сочинял материал, даже появилась на свет «Разлетаясь в пыль», но уверенности, что делаю всё правильно, как-то не наблюдалось. Но похоже, все получилось и, судя по отзывам фэнов, неплохо. Отдельное спасибо хочется сказать Кириллу Немоляеву. Без его настойчивости я, скорее всего, не сменил бы направление нашей музыки, так что ФАКТОРА могло бы и не быть. 
ML: Нескольким поколениям фэнов вы знакомы по группе ТРИЗНА, музыка которой представляет уникальный сплав прогрессивной техники исполнения и весёлой трэшевой энергетики. В ФАКТОРЕ СТРАХА наблюдается кардинальная смена концепции как музыкальной, так и текстовой. Окружающий мир, не радующий весёлыми сюрпризами, добрался и до вас?
КС: Отчасти на этот вопрос я ответил выше. А что касается мира, который не радует - это Вы зря. Жизнь клёвая штука! Просто всему своё время. В музыке и лирике ФАКТОРА как раз полное отражение всего, что происходило, происходит и даже будет происходить с человеком в течение мгновения под названием «жизнь». А уж тема послесмертия волновала людей задолго до появления электрических гитар. Если в ТРИЗНЕ практически во всех песнях присутствовал обоснованный оптимизм и романтическое пение о противных французах, которые безуспешно пытались победить Русь и постоянно пожирали ни в чём не повинных лягушек, то ФАКТОР это более серьёзная тема о душе, небесах и борьбе с самим собой. Кардинальной сменой стиля назвать перемену названия одной и той же группы музыкантов всё-таки сложно. Просто мы хотим успеть сыграть всё в своё время! Так что и ТРИЗНА, и ФАКТОР дети своего времени. 
ML: Сложно ли исполнять такой современно ориентированный материал, как обе части «Театра военных действий» на русском языке?
КС: Исполнять или сочинять? Но всё равно одинаково сложно! Посудите сами: скандинавы играют модерн всего лет семь, а уже весь мир завоевали своими горячими финскими песнями. Только тут есть одно «но»: представляете, если бы они всю эту жесть на своей теккурилле исполняли? Не-е-ет, они поют на английском, потому как нет языка более подходящего для рока, и к тому же он является международным, правда Россию это как-то не очень зацепило. У нас же выхода нет. Люди хотят понимать, «о чём поёт ночная птица»! Играть модерн-метал, в принципе, нелегко. Много необузданной энергии и противоречащих русской душе буржуазных мелодий, а уж о текстах, которые должны нести в себе смысл, поддерживать музыку диким напором слов и постоянно мешать огромным количеством согласных в припевах, и говорить страшно. Хотя, честно говоря, для нас чем сложней, тем интересней. В общем, не всё так плохо. 

Константин Селезнев. Фактор Страха 

ML: Как вы познакомились с Oliver Holzwarth, не планируется ли дальнейшее сотрудничество с ним? Как работается с такими музыкантами?
КС: Во время гастролей SIEGES EVEN в Москве Кирилл, знавший Оливера ранее, подарил ему промо “Театра Военных Дествий. Акт 1”. Тот через некоторое время прислал на «мыло» восхищённую рецензию, написал, что не вынимает пластинку из машины. Восторженно отзывался о качестве записи (видимо, для них понятие «русский метал» ограничивается ТАТУ), утверждал, что такой продукт мог сделать никто иной, как Девин Таунсенд и, наконец, предложил записать партию бас-гитары.
Я послал Оливеру mp3 песни «Ангел ждёт», что бы он ознакомился с партией. Через некоторое время у BLIND GUARDIAN в Москве наметился концерт, Оливер связался с нами, и до саунд-чека этого концерта мы записали бас для песни «Ангел ждёт». Оливер отличный музыкант, очень приятно и продуктивно работать с профессионалом такого уровня. После записи мы ещё посидели, поговорили, и в процессе беседы Оливер несколько раз спрашивал, почему мы не пьём водку, предлагал махнуть хотя бы по сто грамм, курил, и ел йогурт куском картонки. В общем, наш человек. 
ML: Да уж… он, наверное, был сильно удивлён. Возвращаясь к новому альбому: а был ли использован при записи обоих альбомов материал, не вошедший на номерные альбомы ТРИЗНЫ? Если да, то в каких композициях? Некоторые моменты напоминают о мелодических находках «Vertical Horizont» и характерны для ТРИЗНЫ в целом. 
КС: Выше я уже говорил о песнях «Стандарт криволинейных лиц» и «Steel my guitar...». Эти треки были написаны для следующего альбома ТРИЗНЫ, когда мы решили кардинально изменить ход событий и сделать ФАКТОР СТРАХА. Я до сих пор иногда использую не вошедшие в тризновские темы, гитарные риффы, интересные аранжировочные фишки, ритмику наконец. Ведь не секрет, что модерн метал, да и другие, близкие к нему стили, это производная от трэша 90-ых прошлого века, от трэша, который с таким напором извергала ТРИЗНА в течение 15 лет. Так что поговорка о том, что «всё новое это хорошо забытое старое» актуальна для музыки во все времена. 

Илья Александров. Фактор Страха 

 ML: Почти все музыканты группы играют вместе уже второе десятилетие. Сложно ли было Викингу вписаться в уже сложившийся коллектив и почему с вашего аэроплана катапультировался Андрей Гуклегофф?
КС: Андрей Гукленгофф покинул группу ТРИЗНА в 2003 году. Причина – захотел играть другую, более спокойную музыку, так сказать, переоценка ценностей. Но это не помешало оставшимся в строю бойцам записать в 2004 году очередной альбом под названием «Vertical Horizon». После выхода пластинки её надо было презентовать на сцене. Начались поиски бас-гитариста. Попробовали многих, но Дмитрий Скопин (он же Викинг) сразу показал, что оправдывает свой псевдоним. С таким напором и воинственностью он начал изучать новый материал. А в тризновской музыке напор, воинственность и юмор – нужные и неотъемлемые качества. Викингу вписаться в наш коллектив было несложно. Техника игры на инструменте и чувство юмора, дополняя друг-друга, давали нам возможность общаться на одной волне, а это огромный плюс и успех всей концессии! По прошествии двух лет Дима вместе со всеми плавно перетёк в проект ФАКТОР СТРАХА.

Стас Вознесенский. Фактор Страха 

ML: И напоследок, конечно же, хотелось бы узнать о творческих планах. Представьте: Москва, 2030 год. «Metallist» берёт интервью у Константина Селезнёва по поводу только что вышедшего «Театр Военных Действий. Акт 20» …
КС: В планах за эти 20 лет ничего не изменилось. Кроме того, что теперь в группе ФАКТОР СТРАХА появился пятый участник коллектива – клавишник Антон Глушко, подпольная кличка Стравинский. Я, Константин Селезнёв, как и прежде, обязуюсь раз в год писать музыку и слова для очередного альбома. Илья Александров пообещал, что на следующем альбоме очарует не только поклонников лирического вокала, но и страстных почитателей гроула! Дмитрий Скопин намерен сыграть в некоторых треках на 8-струнном басе, да ещё и в пониженном строе, Станислав Вознесенский, постоянный и незаменимый барабанщик нашего жёсткого коллектива, решил освоить самбу и применить латинскую школу в бластбитных песнях.
Под занавес «Театра военных действий» можно сказать, что концепция этих двух выдержанных в едином порыве пластинок закончена. Следующий материал, а это демо-запись уже восьми треков, несколько иной. Но ФАКТОР СТРАХА как был самым острым человеческим чувством, так им и останется. Ждите наш следующий альбом. А пока мы ждём всех, кому не безразлично наше творчество, на презентации пластинки «Театр военных действий. Акт 2» в феврале 2007 года.

Олег СИТНИКОВ
 

Последнее обновление ( Monday, 01 September 2008 )
 

Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:


Защитный код
Обновить

< Пред.   След. >