Fitty Wienhold: Все просто - мы очень любим Россию!
Написал Ситников Олег   
Monday, 08 September 2008

Из MusicBox №46

 Fitty Wienhold

 

Удо Диркшнайдер (Udo Dirkshneider) и его творчество традиционно имеют огромную популярность в нашей стране: от надписей ACCEPT на стенах и школьных партах 80-х до российских залов, заполняемых под завязку на концертах U.D.O. даже в столь непростое для традиционного heavy metal время, как наше. Ну а группа, в свою очередь, отвечает нашей Родине тем же. Об особом отношении к России и о многом другом мы и поговорили с басистом Фитти Винхолдом (Fitty Wienhold), встретившись с ним в холле гостиницы, где группа отдыхала перед концертом. 

 

MUSIC BOX: Почему немецкая тяжёлая музыка так популярна в России? Может быть, причина в том, что у наших народов – в отличие от, например, американцев – ритмический рисунок имеет меньшее значение, чем ярко выраженная мелодика?

FITTY WIENHOLD: Думаю, это потому, что немецкие рок-группы всегда пытались найти собственный путь, особенный стиль в музыке, объединяя то, что есть в немецкой культуре, с богатством культуры интернациональной. Американцы же, как мне кажется, более склонны к поп-музыке.

MB: От общего к частному… А в чём тогда причины столь долгой популярности ACCEPT и U.D.O.?

FW: Кстати, очень часто и музыканты из молодых групп спрашивают нас об этом. И я рассказываю о том, как в 70-е мы репетировали, учились работать с аппаратурой и другим важным вещам по 24 часа в сутки! Пока нас не заметили в рекорд-компании, группа прошла очень длинный путь. Большую роль в том, что на нас обратили внимание, сыграла демо-запись, хотя в те годы в основном получали контракт команды хорошие, прежде всего, в плане концертных выступлений. Ровно 30 лет назад произошла одна забавная вещь. Я познакомился с Удо Диркшнайдером. (Смеётся.) Мы с ним играли тогда в разных группах. Он в ACCEPT, а я в BULLET. ACCEPT как раз выиграли конкурс, получив контракт на запись пластинки, и мы выступали на одной сцене. В те годы ACCEPT были новаторами, сформировав новый стиль такими песнями, как «I’m A Rebel» и «Fast As A Shark». И ещё одно их отличало – в те годы немецкие группы гастролировали не много, а ACCEPT постоянно колесили по всему миру. Вокал Удо может нравиться или не нравиться, но он сразу обращает на себя внимание, так же, как скорость и особый бит этой команды. Кстати, не стоит забывать, что у нас играет половина состава ACCEPT – сам Удо, Штефан Кауфманн (Stefan Kaufmann), немаловажная фигура в сочинении аксептовских песен, и я. Таким образом, U.D.O. – это тот же ACCEPT, но под другим названием. Наша троица – Удо, Штефан и я – примерно одного возраста, и дух у нас одинаковый, поэтому и на концертах, и в студии мы чувствуем себя просто фантастически!

MB: Ты нашёл своё место…

FW: На 100%. По крайней мере, я так думаю. (Смеётся.) И я не был бы здесь без наших поклонников и таких людей, как вы. Это значит, что мы делаем всё правильно и будем продолжать делать это до тех пор, пока наша музыка нравится людям.

MB: А не появилась ли у тебя усталость от музыки? 

FW: Скажу честно: когда пойму, что пора уходить, – остановлюсь. Тур может быть длинным, усталость колоссальной, но всё это проходит, когда выходишь на сцену. Дело ведь не в деньгах, а в удовольствии от игры. Всё остальное не так важно. Конечно, я некоторое время отдыхаю от музыки, когда приезжаю домой после тура. Не слушаю ни радио, ни классику – вообще ничего. И вскоре наступает момент, когда начинаю скучать по всему этому. Музыка снова становится для меня необходимой. (Смеётся.) 

MB: А не думали ли вы о смене стиля? Трансформировать звучание так, как это сделали, например, SCORPIONS…

FW: Это очень хороший вопрос! Дело в том, что, конечно, нельзя быть полностью закрытым для экспериментов, и необходимо всегда быть в курсе того, что происходит в музыкальном мире. Например, я, живя на Ибице, известной своей техно-музыкой, стараюсь следить даже за этим стилем, который не очень-то люблю. Но, несмотря на это, путём SCORPIONS, в прошлом мною любимых, я не пойду никогда. Хэви-металистами они, конечно, никогда не были, но хард-рок у SCORPIONS получался отличный. И вдруг они сделали коммерческий «Wind Of Change», что, на мой взгляд, совершенно неправильно. Если играешь хард-рок, то ты можешь, конечно, записать пару софт-роковых хитов, но продолжать двигаться в этом направлении и дальше нельзя, ведь нас сцене уже существует масса групп, играющих то же самое больше 20 лет. Сейчас SCORPIONS пытаются вернуться к прежнему звучанию, но на новом альбоме, мне кажется, всё равно слишком уж много экспериментов. Мы друзья, и я их очень люблю, но когда они стали более коммерческими, моим это быть перестало.

Fitty Wienhold 

MB: Ты уже 30 лет в шоу-бизнесе. Каково твоё мнение о сегодняшней музыкальной индустрии? Молодой команде гораздо легче выпустить диск, чем во времена твоей юности, и количество новых групп напоминает сход лавины. Тебе не кажется, что из-за этого теряется качество?

FW: Мне не особенно нравится то, куда зашёл сегодняшний музыкальный бизнес. Да, действительно, получить контракт раньше было гораздо сложнее, ведь лэйблы, в отличие от сегодняшнего дня, вкладывали в группы больше денег. Сейчас же каждый, у кого есть дома гитара и компьютер, может записать демо, а то и целый профессионально звучащий альбом. Для меня в этом, правда, есть что-то искусственное…

MB: А в чём ты видишь роль интернета?

FW: Теперь кто-нибудь один покупает CD, сливает его в Сеть, а все остальные без затрат его скачивают. В итоге у лэйблов не оказывается в обороте достаточной суммы, чтобы заплатить группе. Нам ведь необходимы деньги и на запись альбома, и на промоушн, не говоря уже о том, что нужно элементарно на что-то покупать еду. Я знаю музыкантов из известных групп, перед которыми в настоящий момент стоит проблема физического выживания. И всё это из-за того, что рекорд-лэйблы не могут выплатить им и четверти тех сумм, что платились раньше. Всё бы изменилось, если хотя бы 10 копеек (произносит по-русски) с каждого скачанного из интернета трека платились музыкантам. Но у всего есть и обратная сторона. Сейчас ведь основным источником дохода стали туры, и вот здесь-то как раз mp3 играют положительную роль, повышая посещаемость концерта. Любитель музыки скачивает альбом и видит афишу. «О! Я же это слышал! Хорошая группа!» И идёт на концерт. Металисты, кстати, любят покупать альбомы, а вот фэны других стилей покупают их гораздо меньше.

MB: Давай перейдём к вашему новому альбому. Буду ли я прав, назвав его концептуальным? В конце концов, кто же такой Mastercutor?

FW: В названии мы соединили два слова – master (хозяин) и executor (палач). Не скажу, что «Mastercutor» концептуален, но некая мысль проходит красной нитью через весь альбом. Его лирика и оформление связаны с телевизионными шоу. Не знаю как в России, но в Германии показывают передачи, в которых участников забрасывают на неделю в джунгли без еды и средств для поддержания жизни. Есть и шоу, основанные на издевательстве людей друг над другом. Вот мы и задались вопросом: что нам хотят всем этим сказать? А вообще, мне очень нравится наш новый альбом. Это первый раз, когда я слушаю релиз, на котором играл от начала и до конца. (Смеётся.)

MB: А какие песни из «Mastercutor» ты любишь больше всего?

FW: Мне очень нравится «Tears Of A Clown». Может, мы её будем играть на концертах в Европе…

MB: Не сегодня?

FW: Нет, к сожалению. Там же присутствует фортепиано. Звучит оно очень проникновенно, и я могу растрогаться до слёз, слушая его. Помимо «Tears Of A Clown» мне нравятся «Vendetta», «Dead Man’s Eyes», «Mastercutor» и «Walker In The Dark».

MB: По лирике или по музыке?

FW: По музыке. А по тексту – «Lone Voice» и опять же «Tears Of A Clown».

MB: Продолжая разговор о лирике… Откуда пришла идея записать песню «Плачет Солдат» на русском языке?

FW: Нам хотелось сделать подарок российским фэнам. Думаю, если не забудем текст, то споём её вечером. (Смеётся.) Хорошо, что мне не приходится запоминать столько, сколько Удо. (Смеётся.)

MB: Тяжело ли петь на русском? Текст писал кто-то из участников группы? На альбоме в качестве авторов указаны участники U.D.O…

FW: Нет, конечно. Мы знаем некоторые русские буквы, но не более. У нас есть друг, журналист немецкого телевидения в Москве. Так что мы сначала написали текст на английском, а он перевёл.

MB: Разговор о лирике ведь зашёл не случайно. Известно, что процесс написания песен в U.D.O. сильно отличается от других групп…

FW: Да! Мы сначала пишем тексты, а уже потом музыку на них. Идеи того, о чём будем петь, приходят, в первую очередь, из телевидения и газет. Что касается музыки, то – так как мы живём в разных странах – каждый сочиняет и экспериментирует в одиночку, и только потом мы собираем все идеи вместе, отбирая подходящие к лирике.

MB: Не планируете ли вы записать песню на немецком? Например, альтернативную версию той же «Плачет солдат»?

FW: Таких планов нет. Многие в Германии поют на немецком, но в основном это для девочек-подростков – группы с детской лирикой. Да и нет уверенности, что это будет хорошо звучать.

MB: Вопреки распространённому мнению, немецкий кажется мне языком достаточно мелодичным…

FW: Мне сложно объективно сказать, насколько он мелодичен, ведь это мой родной язык. (Смеётся.) Я удивлён, что в России популярны немецкоязычные группы, такие как RAMMSTEIN, SUBWAY TO SALLY, TOKIO HOTEL.

MB: Ну тогда продолжайте петь по-русски. У вас это получается лучше, чем, к примеру, у Клауса Майне (Klaus Meine). Вы очень много гастролируете: скажи, остались ли ещё места в мире, где хотелось бы побывать?

FW: У нас есть предложение даже из Гватемалы. (Смеётся.) А ещё мне хотелось бы выступить в Китае или Австралии, но для промоутеров, к сожалению, слишком дорого вести нас туда. Неплохо было бы поиграть также в Индии, арабских или африканских странах.

MB: IRON MAIDEN, кстати, недавно играли в Индии…

FW: Круто! Мы тоже любим открывать новые места. Например, U.D.O. первыми побывали во Владивостоке. Случилось это, кажется, в 1998 году, и мэр этого города даже вышел с нами на сцену, чтобы вместе спеть «Fast As A Shark».

MB: А в чём причины такого интереса вашей группы именно к нашей стране? Вы часто приезжаете с гастролями, записываетесь вместе с русскими музыкантами и даже записываете песни на русском языке!

FW: Всё очень просто. Мы все, группа U.D.O., очень любим Россию, и это не шутка. Нам очень нравятся и ваша страна, и ваш народ, поэтому приезжаем сюда с особым удовольствием. И в каждой поездке случается много весёлых историй! Кстати, по мотивам одной из них, произошедшей на пути из Казахстана, был снят клип «Trainride In Russia». Между прочим, «Плачет солдат», о которой мы говорили, – единственная песня на языке, отличном от английского, из всей нашей дискографии. Это знак нашей любви к вам!

MB: Слышать такое, поверь, очень приятно! А как различается реакция фэнов от города к городу, от страны к стране?

FW: От страны к стране она различается. От города к городу – нет. Вчера, например, мы играли в театре с сидячими местами. Так вот после первой же песни все вскочили с мест. (Смеётся.) А где-то могут так и остаться сидеть.

MB: А какая публика в Германии?

FW: Не спрашивайте меня про Германию. (Смеётся.) Там всё не просто, и мне больше нравится выступать за границей. Как говорится, нет пророка в своём отечестве.

MB: Ты говорил, что живёшь в Испании. А остальные участники группы?

FW: Иго – в Швейцарии, Франческо живёт в Милане. Удо – в Кёльне в Германии. Мы достаточно интернациональная группа. (Смеётся.)

MB: Кёльн – замечательный город, сердце Европы.

FW: Не говори так, потому что я родился в Дюссельдорфе. (Смеётся.)

MB: Да, понимаю: вы, дюссельдорфцы, недолюбливаете кёльнцев и их сорт пива «Kolsch» (Кельш), которого не сыщешь в вашем городе, и наоборот – они не любят вас и ваше пиво «Alt» (Альт), и оно никогда не продаётся в Кёльне.

FW: Именно так. Так что считайте, что я не слышал вашего мнения о сердце Европы. (Смеётся.)

MB: Хэви-металическая сцена в вашей стране достаточно развита. Высока ли конкуренция между группами?

FW: Конкуренцией это я бы не назвал. У каждого есть право быть на сцене и каждый достоин уважения. Как ни странно, немецкие лэйблы и масс-медиа уделяют мало внимания родным группам, ориентируясь в первую очередь на американские вкусы. А вот, к примеру, в Испании, где я живу, приоритет отдаётся в первую очередь своим группам, и это касается не только метала. Сейчас, правда, в Германии ситуация немного улучшилась, но всё равно её нельзя сравнить с тем, что было в 80-е.

MB: А не изменила бы ситуацию государственная поддержка местных групп, как это делается, к примеру, в Швеции? В Германии такой поддержки нет? Может быть, в этом случае гораздо больше ваших команд завоевали бы мировой статус вдогонку за RAMMSTEIN, SCORPIONS , HELLOWEEN и ACCEPT?

FW: Конечно, у нас нет такой поддержки. Забавно, что когда мы со SCORPIONS начинали в Германии, нашими командами никто не интересовался. Когда же мы стали известными во всём мире, о нас вдруг вспомнили на родине! «Это же наши! Это же немецкая группа!» (Смеётся.)

MB: А какие немецкие группы тебе нравятся? Например, Ленни Вульф (Lenny Wolf) из KINGDOM COME сказал, что не слушает немецкие группы, отдавая приоритет американцам и англичанам.

FW: Ну, каждый, конечно, имеет право слушать то, что ему нравится. Мне нравятся RAMMSTEIN, SCORPIONS и такие команды, как PRIMAL FEAR. В Германии вообще не мало неплохих групп – как старых, так и новых, таких как TOKIO HOTEL. Можно говорить об этой команде всё что угодно, любить или ненавидеть, но в них что-то есть. Конечно, они сейчас молоды и за ними стоит много продюсерской работы. Уверен: в будущем они сделают что-то новое, как когда-то сделали мы. Ничто не вечно, и когда-нибудь мы все уйдём – и MOTORHEAD, и OZZY, и U.D.O.

MB: Не хотелось бы, чтобы вас заменил именно TOKIO HOTEL…

FW: Не обязательно это будут они, но в музыке непременно должны присутствовать личности. Посмотрите на таких людей, как Лемми Килмистер (Lemmy Kilmister). Он – личность! Удо – личность! Оззи – личность! Помимо хорошей музыки исполнитель должен быть харизматичным, и я надеюсь, что молодые группы переймут это харизму и этот дух.

MB: А тебе не кажется, что классический хэви-метл сейчас стал более занудным, чем тот, что исполняли команды 80-х?

FW: Как я говорил, в любом стиле любая группа имеет право на существование. С определённого момента я прекратил говорить о чём-либо плохо. Конечно, многое мне не нравится, но это субъективно.

MB: Ну что же, не будем отвлекать – наверное, надо подготовиться перед концертом.

FW: Нет-нет! (Смеётся.) У меня много времени! Я проспал 14 часов в поезде, отдохнул – так что всё ОК.

MB: А тяжело спать в поезде? Вам ведь постоянно приходится это делать.

FW: Нормально. Мы уже привыкли. Поезд хорош тем, что пока едешь, можно выспаться и к тому же… есть ещё водка… (Смеётся.) Да и страну осмотреть из поезда легче, чем из самолета. К тому же поезда располагают к знакомству и общению с новыми людьми, что мне очень близко.

MB: Тогда продолжим. Сложно ли металистам в Германии получить ротацию на радио или ТВ?

FW: Практически невозможно. Однажды мы сняли клип на «The Wrong Side Of Midnight». Сделал его молодой талантливый режиссёр c отличными идеями. В итоге группа получила отказ. То же случилось и с клипом на «Mission No. X». По мнению MTV и VIVA-TV эти видео содержат много насилия.

MB: И это после постоянного показа рэпперских клипов с оружием и сиськами…

FW: Что поделать. Металические группы тотально игнорируются, и максимум, что можно увидеть по ящику, – клип IRON MAIDEN, да и то раз в месяц.

MB: А как обстоят дела с радио?

FW: Существует множество частных радиостанций, посвящённых рок-музыке, в том числе, и металической. Есть они и в интернете. Но вот государственные радиостанции очень консервативны, и я не могу понять почему. Видимо, в их глазах хэви-метал до сих пор представляется как тусовка пьяни в косухах. Сущий бред, ибо я не могу вспомнить ни одного случая на наших концертах, связанного с насилием. Фэны всегда просто веселятся, смеются и отдыхают.

MB: Ты говорил, что как профессионал обязан слушать все стили музыки. В таком случае те медийные работники, о которых мы говорим, профессионалами не являются и совершенно не в курсе того, что представляет собой сфера, относящаяся к тяжёлой музыке.

FW: Да уж… Множество журналистов является на самом деле неудавшимися музыкантами, и это неизбежно сказывается на их поведении. Всякое бывает… Однажды я давал интервью немецкому журналу, который, насколько я помню, назывался «Hard Rock». И когда я начал говорить о BUDGIE и DEEP PURPLE, интервьюер даже не знал этих групп! И я остановил интервью. Из 100 журналистов по-настоящему хорошими являются максимум 10. Хороша была пресса в 80-е: много отличных журналов, в которых публиковали разные интересные истории, множество интервью с оригинальными вопросами. Сейчас почему-то этого уже нет.

MB: Хэви-метал ушёл в андеграунд…

FW: Согласен. Открой газету или журнал – повсюду блэк и дэт. А где журналы для нормального хэви-метал? На этот вопрос ответа нет. Сейчас многие, в особенности в Германии, говорят, что эта музыка выглядит несколько странно и чудаковато для сегодняшнего дня. Так почему же, если она странная, на всех больших фестиваля играют одни и те же «странные» группы – BLACK SABBATH, IRON MAIDEN, SCORPIONS, U.D.O.

MB: Мы подошли к моменту, когда третье и четвёртое поколение фэнов не знает основ, классики жанра.

FW: Согласен. Но есть и обратные примеры. В последние годы на наши шоу приходят три поколения зрителей. Отцы приводят на концерт своих детей, а затем и внуков – значит, наша музыка не надоела. И пока она кому-то нравится, мы будем продолжать.

MB: У молодых вкус к хорошей музыке зачастую прививается от родителей, а не от СМИ.

FW: Так тоже бывает, но на самом деле не важно, где они берут информацию – от родителей, друзей или из ТВ. Главное, чтобы она до них дошла.

MB: Спасибо за интервью и хорошего концерта!

Благодарим за организацию интервью Ирину Иванову и компанию CD-Maximum.

Олег СИТНИКОВ, Алексей ДОНЧЕНКО
 

 

Последнее обновление ( Sunday, 09 July 2017 )